Газовые проблемы

Иранский конфликт бьёт по украинскому рынку энергоносителей

Украинский рынок газа наконец отреагировал на войну с Ираном: цены выросли на 20%, достигнув максимума с июня 2025 года.

Реакция в целом была ожидаемой, учитывая что т.н. Украина живёт на импортно-ориентированной модели газоснабжения, где базовым ориентиром служит европейский хаб TTF. А на нем газовые фьючерсы подскочили на 45% после частичной остановки поставок катарского СПГ и угрозы блокировки Ормузского пролива.

Но как это отразится на реальном секторе экономики?

▪️В первую очередь растущие цены ударят по оптовому рынку и крупным потребителям: промышленность и трейдеры с плавающими контрактами уже платят по новым ценам.

▪️Через 2–4 месяца будет ощущаться рост тарифного давления: пересмотр тарифов ТКЭ, удорожание отопления и горячей воды к следующему сезону, рост себестоимости в энергоёмких отраслях — химия, металлургия, ЖКХ.

▪️Государство будет вынуждено тратить больше на субсидии Нафтогазу и ТКЭ, что напрямую сокращает манёвр по другим статьям расходов.

Но как всегда есть нюанс — все вышеперечисленные издержки будут актуальны, если конфликт на Ближнем востоке затянется. Потому что при быстрой деэскалации рынок частично откатится назад.

Тем не менее, новое «дно» для цен будет уже выше докризисного: геополитическая премия уже заложена в котировки. Если же Ормузский пролив останется в зоне конфликта хотя бы на несколько месяцев, Goldman Sachs прогнозирует дополнительный рост европейских цен ещё на 100–130% от текущего уровня.

В любом случае нынешние +20% к ценам на газ — это уже не просто биржевая волатильность. А реальная нагрузка на украинскую экономику, которая в условиях войны и без того работает на пределе. Бытовые тарифы регулирование пока сдерживает, но бюджет и промышленность давление уже ощущают — и оно неизбежно окажет влияние на цены к следующему отопительному сезону, если конфликт на Ближнем Востоке затянется.

Rybar