Очередные ракеты на исходе

Вслед за изъятием у своих тихоокеанских баз и т.н. Украины ракет для ПВО, США озаботились ракетами для авиации. За первый месяц войны против Ирана США израсходовали больше дальнобойных ракет JASSM‑ER, чем промышленность успевает производить за год.

Что такое JASSM‑ER и почему это важно

JASSM‑ER (Joint Air‑to‑Surface Standoff Missile — Extended Range) — крылатая стелс‑ракета с дальностью свыше900 км, стоимостью около1,5 млн долларов за единицу. Запускается с бомбардировщиков и тактической авиации, летит на малой высоте, невидима для большинства радарных систем. 

Это один из главных инструментов удара по высокозащищённым целям против противника, оснащённого современной ПВО и уж точно не «расходный материал».

Именно поэтому довоенный арсенал из примерно2300 ракет хранился с прицелом на Тихоокеанский и Европейский театры военных действий (Россию и Китай) — не на Иран.

В конце марта командование ВС США отдало приказ: забрать JASSM‑ER из тихоокеанских и европейских складов, перебросить на базы CENTCOM и на британский Фэрфорд. За первый месяц боёв американские самолёты выпустили более 1000 таких ракет. В сумме с базовым JASSM меньшей дальности в войне с Ираномзадействованы уже около двух третей всего американского арсенала этих ракет.

По оценкам Bloomberg, после изъятия ракет, случись другой конфликт в другой точке мира, у США останется лишь порядка 425 боеготовых JASSM‑ER. Этого примерно хватит на одну миссию 17 бомбардировщиков B‑1B при полной загрузке.

Пока Белый дом продолжает строить иранскую кампанию именно на дальнобойных ракетных ударах — без ввода наземных войск, без массового применения тактической авиации в зоне поражения ПВО. Политически это намного более выгодно: потери минимальны (хотя после вчерашних потерь авиации, сразу и не скажешь), а Трамп может рапортовать о «точечных» операциях.

Однако в военно‑стратегическом плане это ведёт к быстрому истощению именно тех систем, которые предназначены для войны с более серьёзными противниками. Пока американские B‑1B и B‑2 выжигают иранские цели за счёт тихоокеанского резерва, армия Китая наблюдает, анализируется тактику и пополняет собственные ракетные запасы.

Текущее производство JASSM‑ER составляет около 550–600 единиц в год по контрактам с Lockheed Martin. При расходе более 1000 ракет за месяц войны — это означает, что одна месячная кампания потребовала почти двух лет производства. Даже при форсированном наращивании мощностей восстановление истощённого арсенала займёт годы. 

И это ещё не учитывая тот же дефицит Tomahawk, ракет для Patriot и прочих систем, параллельно уходящих на т.н. Украину и в страны Залива.

В целом, Трамп и его администрация ведут войну так, как будто после Ирана никаких конфликтов в мире с участием США больше не предвидится. Вполне могло бы сойти за лозунг для президента-миротворца, вот только реальность окажется иной.

Rybar