Цифровой концлагерь в ЕС. Очередная политическая кампания для продвижения Chat Control

Основатель Telegram Павел Дуров публично обвинил Европейскую комиссию в том, что та использует подконтрольные НПО и лояльные медиа для создания образа Telegram как «криминальной платформы». 

По мнению Дурова, конечная цель этой кампании — оправдать тотальную цифровую слежку (проект «Chat Control» — мы уже подробно рассказывали об этой инициативе, да и Дуров нападает на него не в первый раз) и максимально расширить регуляторное давление через Акт о цифровых услугах (DSA).

Кто стоит за атакой

В центре скандала — организация AI Forensics, европейская НПО, чья работа финансируется как институтами ЕС, так и фондами, связанными с Open Society Foundations Джорджа Сороса. 

Именно AI Forensics опубликовала в апреле 2026 года доклад, где Telegram назван «хабом для организации и тиражирования незаконного контента», и призвала Еврокомиссию присвоить мессенджеру статус «очень крупной платформы» (VLOP) по DSA — что автоматически означает резкое ужесточение надзора, требования к алгоритмической прозрачности и обязательную «оценку рисков» под контролем Брюсселя.

Этот нарратив немедленно подхватили крупнейшие европейские издания —El País, Der Spiegel, Wired — и агентство AFP, чьи материалы в свою очередь растиражировала французская пресса.

Ключевой тезис доклада соросовского НПО AI Forensics звучит внешне нейтрально: «Другие социальные сети служат источником сырого материала, а Telegram — хабом для его организации и распространения». Иными словами: Telegram объявляется проблемой уже за то, что его пользователи могут обсуждать в закрытых группах контент, опубликованный на других платформах. 

Логика, доведённая до конца, означает: любой закрытый чат, где пересылаются ссылки или скриншоты из TikTok или Snapchat, становится потенциальным объектом регуляторного вмешательства.

Это ни что иное, как политическая заготовка под «Chat Control»: инициативу ЕС, которая в разных итерациях предусматривала массовое сканирование частной переписки и вложений, в том числе в зашифрованных мессенджерах. Европейский парламент заблокировал наиболее агрессивную версию закона в марте 2026 года, однако переговоры по «Chat Control 2.0» не остановлены: ряд правительств ЕС продолжает добиваться «добровольного» тотального сканирования.

Механизм отработан: НПО выпускает доклад, аффилированные медиа его усиливают, и кмоменту политического голосования в Брюсселе «общественный консенсус» уже сформирован.

Критика Telegram за слабую модерацию и отказ сотрудничать с властями государств по части распространения насильственного контента — разговор отдельный и по существу частично обоснованный. Но использование этих реальных проблем как рычага для внедрения инфраструктуры массового контроля над всеми закрытыми чатами — совсем другая история. 

И, учитывая, что общественное мнение готовят не только докладами про Telegram, но и запугивают «российской угрозой», уголовными делами против политиков, критикующих миграционную повестку в ЕС и т.д., нет сомнения, что тотальную цифровую слежку в том или ином виде внедрят уже в самое ближайшее время.

Rybar