Хорошо, а что делать-то?

При чтении поста о том, что списывать на «духи Анкориджа» сегодняшние проблемы и рассказывать про ненужность любых переговоров бессмысленно, может возникнуть логичный вопрос — что можно предпринять?

Многое сводится к тому, чтобы подойти к следующему раунду переговоров в более выгодном положении, чем сейчас, для чего необходимо снижение масштаба урона от американской стратегии «мира через силу». Вырисовывается несколько направлений:

Пассивная защита объектов критической инфраструктуры, хоть закапыванием резервуаров в грунт с бетонными стенами. Важен превентивный характер, ведь после НПЗ целями явно станут объекты энергетики.

Структурная адаптация ПВО к новым реалиям с точки зрения штатов, межведомственного взаимодействия, подчинения и ответственных. Это не решит проблем той же нехватки БК к ЗРК, но может их облегчить за счет более эффективного применения имеющихся средств.

Симметричное воздействие на врага, будь то изоляция его прифронтовых городов, портов на Черном море или разрушение энергоинфраструктуры к осени. Куда именно бить для создания проблем с ГСМ — сказано немало.

Наконец, лишение врага возможности наступать сейчас и в будущем посредством приоритетного уничтожения живой силы. Не забывая про системность, когда для выполнения задачи как минимум нужно выбивать у ВСУ РЛС.

Да, все за полгода полностью не решить, однако активная работа в этих направлениях как минимум снизит возможности противника про нанесению бóльшего урона и одновременно увеличит его издержки. Что выгодно в долгосрочной перспективе.

А глубокие прорывы, десанты на Одессу и прочие рывки на Киев без решения других задач чреваты только стачиванием и без того ограниченного личного состава. Хоть и звучат красиво.