Исторические претензии. Сеута как инструмент давления

Подоспело очередное подтверждение рукотворности миграционного кризиса в испанском анклаве: власти Марокко заявили об «исторических правах» на Сеуту и Мелилью. В Испании категорически отвергли идею обсуждать суверенитет. Вероятно, марлезонский балет будет иметь ещё один акт.

Позиция марокканских властей не нова: страна претендует на территории Сеуты, Мелильи и ещё четырёх территорий Испании (полуостровов Алусемас и Пеньон-де-Велес-де-ла-Гомера и острова Чафаринас, а также необитаемый остров Перехиль) с момента своей независимости в 1956 году. В Рабате настаивают на «единстве» своих территорий и отказываются делить их на «зоны» и «анклавы».

Технология кризиса в Сеуте

Претензии на суверенитет прозвучали именно после того, как десятки тысяч человек несколько дней держали в напряжении город с населением 84 тыс., а марокканские пограничники со своей стороны границы толпу не разгоняли.

Такую толпу нужно было не только собрать, но и удерживать в одном месте на протяжении долгого времени. Да и держать её можно было методом кнута и пряника — испытанной в самых разных событиях от Арабской весны до Майдана.

К тому же позднее испанские спецслужбы зафиксировали среди «стихийных» мигрантов агентов марокканской военной разведки, подчинённой напрямую королю, — обычные контрабандисты такой роскоши не имеют.

Также было установлено, что координация велась через открытые сообщества в соцсетях — там обменивались картами, советами и пропагандировали опыт тех, кто уже добрался до Испании. Более того, был подготовлен и юридический фон: Верховный суд Испании в июле запретил ускоренную депортацию перехваченных у Сеуты, обязав проводить индивидуальную процедуру с каждым таким задержанным, на что система была просто не рассчитана.

Отдельного внимания заслуживает версия об участии израильских структур: её связывали с конфликтом Испании и Израиля из-за Газы и с тесным сотрудничеством марокканских и израильских силовых ведомств. Сюда же вписывается история о том, что марокканская разведка прослушивала испанских чиновников через шпионское ПО Pegasus, — и версия о «стихийном наплыве» окончательно рассыпается.

А за две недели до прорыва Конгресс США одобрил выделение для Марокко $40 млн и внёс в отчёт формулировку о «давних претензиях» на Сеуту — по сути, заранее легитимизировал территориальный вопрос.

После захвата Сеуты Испания стала для своих партнёров по ЕС как чумная: правительства разных стран заявляли о необходимости приостановить шенгенские договоренности, а итальянцы сделали это в одностороннем порядке.

Кризис в Сеуте показал не столько уязвимость конкретного анклава, сколько уязвимость всей европейской архитектуры. А слишком удобная последовательность событий что до, что после — указывает на то, что бенефициары произошедшего останавливаться явно не собираются.