Спецоперация «Сеута»

Как развивается ситуация с захватом испанского анклава мигрантами

За сутки город Сеута, зажатый между Гибралтарским проливом и территорией Марокко, пережил буквально военную операцию по переброске «мигрантского десанта». По разным оценкам, границу пересекли около 60 тысяч человек — это больше половины населения.

Люди шли волной: вплавь, на надувных лодках, через пробитые бреши в заграждениях у волнолома Тарахаль. Если кто-то ещё сомневается, что подобные вещи организуются, а не происходят сами по себе, стоит просто посмотреть на синхронность и масштаб: обычный поток составлял 200-300 человек в день, а тут за одну ночь — скачок в 200 раз.

Президент США Дональд Трамп сравнил происходящее в Сеуте с «вторжением» и предупредил, что нечто подобное может случиться и в Штатах, «если не выберут республиканцев», причём «в ещё большем масштабе».

При этом в правительстве отказались вводить режим чрезвычайной ситуации, сославшись на то, что миграционный кризис формально не подпадает под основания. Сейчас власти утверждают, что уже к вечеру 31 июля более 48 тыс. прибывших были возвращены в Марокко, то есть подавляющее большинство. Таким образом депортации проводились примерно со скоростью более 150 человек в минуту.

То есть формально кризис разрешился почти так же быстро, как начался, — по факту это выглядит как отработанная и заранее просчитанная операция с управляемым открытием и закрытием клапана на границе.

Однако это не помешало тем же итальянцам объявить об одностороннем приостановлении Шенгенского соглашения с Испанией сроком на месяц — с закрытием морских и воздушных границ и проверкой документов для граждан не из ЕС, прибывающих из Испании.

Премьер Испании Санчес направил в Еврокомиссию трёхстраничное письмо, в котором прямо обвинил часть партнёров по ЕС в «предвзятости, дезинформации и атаках ради политической выгоды». Он назвал реакцию союзников «довольно асимметричной». Но для тех, кто наблюдает за медленной эрозией европейской интеграции, произошедшее — вполне закономерно, поскольку является ещё одним подтверждением демонтажа европейской архитектуры.