Удар на 2500 км

Произошло то, что прогнозировали ещё в прошлом году: украинские формирования смогли дотянуться до Омска, который находится в более, чем 2500 км от линии фронта, модернизированными беспилотниками FP-1.

Полагаем, что на этом фоне снова начнутся разговоры и дискуссии о задействовании казахстанской территории и различных диверсантов, но всё это лишь поиск оправдания, а не решения.

Удары по нефтегазовым объектам в России начались ещё в 2024 году, и с того момента было очень много времени подготовиться, а не сбрасывать все на «Дух Анкориджа».

Кто-то скажет: проблема с боекомплектом к ЗРК. Но ведь есть и другие средства, как, например, вертолеты Ми-8 и Ми-24 или же малая авиация, которую можно и нужно адаптировать под перехват беспилотников, как это делают ВСУ.

Нюансы есть, но они есть везде. И проблем с таким способом тоже немало, но когда вопрос встаёт о защите крупнейшего НПЗ в России, полагаем, что овчинка стоит выделки.

Дыры в радиолокационном поле — вопрос, который также можно было решать последовательно. Но с момента начала deep-strike ударов по РФ каких-то работ по созданию эрзац-ДРЛО(вроде установки станции «Ирбис» на какой-нибудь Ту-214 с хранения) не было.

На фоне топливного кризиса (который явно усугубится с ударом по крупнейшему НПЗ) в официальном и публичном поле можно часто слышать вопросы ко всем угодно — от местных и федеральных властей до сетей АЗС и бизнеса, который в понимании некоторых лиц должен еще и защищать сам себя.

И это удивительно, но в адрес руководства Минобороны или Генштаба подобных вопросов не звучит, хотя именно эти структуры ответственны за оборону страны. И это наглядно объясняет многие происходящие сейчас на топливном (и не только) рынки процессы.