Лёгкие нефтяные деньги

российские доходы на фоне кризиса разве не вырастут?

У обывателя может сложиться мнение, что на фоне войны в Персидском заливе и наметившегося ситуативного топливно-транспортного кризиса (пока о прям коллапсе речи не идёт) поток доходов в казну России за счёт продажи нефти вырастет.

Мягко говоря, с этим всё не так однозначно.

У России есть три марки нефти:
Urals — тяжёлая высокосернистая (примерно как иракская Basra Heavy), идёт в Индию и Китай. Это основной сорт.
ESPO (Eastern Siberia–Pacific Ocean) — лёгкая, идёт в Китай и Японию.
Sokol, Sakhalin — тихоокеанские сорта

При $67 за баррель российская Urals торговалась с дисконтом ~$13–15 к марке Brent. Итого выходило ~$52–54 за баррель из-за потолка цен G7. По прогнозам предварительным цена за марку Brent может достигнуть $100 с лишним. Потолок цен G7 в $60 фактически будет невозможно соблюдать при таких ценах, индийские и китайские покупатели будут вынуждены, по идее, платить рыночную цену.

И тогда даже с дисконтом Urals уйдёт за $80–85. И это вроде бы колоссальный рост доходов бюджета.

Однако как всегда есть неприятные нюансы. «Теневой флот» российских танкеров и так с трудом получает страховку: теперь страховой рынок вообще в коллапсе, что усложняет логистику. На фоне захвата очередного судна в Ла-Манше количество желающих страховать суда поубавилось.

Крупнейший покупатель российской нефти Индия сама сталкивается с колоссальным давлением. На словах обещать продолжить закупки — это, конечно, одно, но сейчас и показательная порка Ирана происходит, и ссориться не с руки.

Вот и получается двоякая ситуация: вроде бы поставщики из России и могут выиграть финансово, но всё упирается в физические сложности с наращиванием поставок. Сама же добыча и вовсе ограничена соглашением ОПЕК+

Rybar