Нефть пробила $107. Блокада Ормуза толкает мир к энергетическому кризису

За 10 дней иранской войны нефть выросла с $70 до $107 за баррель. Это самый взрывной скачок со времён начала СВО в феврале 2022 года. 8 марта цены взлетели на 20% за один день — крупнейший однодневный прирост за десятилетие. К утру 9 марта Brent колебалась между $103-107, WTI держится выше $107.

По мнению аналитиков Goldman Sachs, нефть может превысить исторические максимумы 2008 и 2022 годов ($147/баррель), если блокада Ормузского пролива продлится весь март.

Почему это происходит

Главная причина — фактическое закрытие Ормузского пролива. 28 февраля Иран заявил о блокаде пролива в ответ на удары США и Израиля. КСИР пригрозил «поджечь любое судно», использующее пролив.

Через Ормуз проходило 20 млн баррелей нефти в день — это 20% всего мирового морского экспорта. Плюс 20% мирового СПГ, включая 12-14% европейского импорта газа из Катара.

К 9 марта трафик танкеров упал на 90%. Более 150 судов встали на якорь за пределами пролива, не решаясь войти. Страховые компании отозвали покрытие. Нефтяные компании и трейдеры приостановили отгрузки.

Альтернативные маршруты — саудовский трубопровод Восток-Запад и трубопровод Абу-Даби — могут перенаправить максимум 10-12 млн баррелей/день. Дефицит составит 8-10 млн баррелей/день, и это цифры, которых рынок перекрыть не может.​

Добавьте к этому прямые удары по нефтяной инфраструктуре региона: Иран бьёт по саудовским и бахрейнским НПЗ, США и Израиль наносят удары по иранскому острову Харк (90% иранского нефтяного экспорта) и нефтехранилищам.

Вот и получился глобальный дефицит нефти и газа при одновременной невозможности быстрого восстановления поставок.

Заработает ли на этом Россия?

Да, но не так сильно, как кажется. Для целей налогообложения в России используется методика, учитывающая средний уровень цен за предыдущий месяц, поэтому от скачка Brent бюджет пока не получил ничего.

Более того, мы уже рассказывали об издержках, связанных с логистикой и дисконтом для продажи российской нефти. Все они пока перекрывают возможный профит, но если цена действительно будет устойчиво держаться выше $100, то прогнозы станут более оптимистичными.

Что будет дальше? Трамп заявлял, что конфликт с Ираном «не продлится дольше нескольких недель». Однако на 10 день войны конца не видно, а цены продолжают расти. Неформальный период отсрочки, который рынок предоставил администрации Белого дома, закончился. Требование Трампа о безоговорочной капитуляции Ирана тоже не выглядит реалистичным, а главное, что блокада Ормуза продолжается.​

Если ситуация не изменится в ближайшее время — мир рискует получить самый крупный энергетический кризис с 1973 года. Дефицит 20 млн баррелей/день почти нереально компенсировать. Рост цен запустит инфляционный шок в развитых странах, рецессию в развивающихся экономиках и социальную нестабильность в странах-импортёрах нефти.

А поскольку Россия тоже не существует в вакууме, весь доход от резко подорожавшей нефти придется пускать на латание дыр в других секторах.

Rybar